Воронежский спецназ гру

Спецназ ГРУ превращают во «второй сорт»

Воронежский спецназ гру

Прогремевший весной скандал вокруг курсантов знаменитого десантного училища в Рязани оказался только верхушкой айсберга. К такому выводу пришел обозреватель газеты ВЗГЛЯД — бывший офицер спецназа, который лично съездил в училище. Выяснилось, что происходящее прямо касается проблем с подготовкой офицеров для самых элитных частей и соединений Вооруженных сил — спецназа ГРУ.

Еще в апреле этого года появились сообщения, что курсанты знаменитого Рязанского Гвардейского Высшего Воздушно-десантного дважды Краснознаменного, ордена Суворова училища (РГВВДКУ) — выложили свои голубые погоны к памятнику генерала Маргелова. Свою акцию они сопроводили словами извинения перед легендарным командующим — за то, что не смогли отстоять право эти погоны носить.

Говорилось, что курсантам запретили носить важнейший символ их принадлежности к ВДВ — погоны небесно-голубого цвета.

Однако вскоре со ссылкой на бывшего командующего ВДВ, а ныне главу думского комитета по обороне Шаманова было заявлено, что инцидент исчерпан.

И более того — что никаких изменений в порядке ношения военной формы не вводилось. Фотографии погон, выложенных перед памятником Маргелова, из соцсетей быстро исчезли…

Казалось бы, беспокоиться больше не о чем. И все же автор настоящего текста как выпускник училища, а также его однокашник по училищу полковник запаса Павел Костин лично прибыли в РГВВДКУ. Нашей задачей было своими глазами посмотреть на происходящее.

Почему сняли голубые погоны?

Но сначала — про голубые погоны. В июне 2015 года министр обороны издал приказ № 300. В нем сказано, что полевая форма одежды предназначена для ношения в ходе полевых занятий и учений.

Для повседневного ношения предписано использовать другую форму одежды, которая так и называется — «повседневная».

В ВДВ и спецназе она состоит из обмундирования синего цвета с голубыми погонами и золотистым галуном, тельняшки и берета голубого цвета.

Однако много лет традиционно курсанты РГВВДКУ носили летом не повседневную, а полевую форму, причем с собственными добавками. А именно — с голубыми погонами, а также с шевроном и нагрудными нашивками голубого цвета.

Повседневное ношение полевой формы оправдывалось тем, что курсанты в процессе учёбы могут выходить на полевые занятия (и это действительно практикуется), а переодеваться некогда. То есть, по сути, приказ министра таким образом нарушался.

И в апреле 2019-го начальник училища, генерал-майор Алексей Рагозин попытался добиться исполнения приказа МО, выпустив собственный приказ о ношении формы в училище. И это решение выглядело бы вполне обоснованно — если бы не ряд обстоятельств.

Прежде всего, абсурдно звучит неофициальная мотивировка приказа по училищу. Якобы голубые погоны демаскируют курсантов и подвергают опасности их жизнь! Подразумевается, что снайперы противника следят через прицелы за территорией училища?

Кроме того, странно исполнен и сам приказ. Теперь форма курсантов представляет собой гибрид повседневной и полевой: погоны защитного цвета, но одновременно с тем нагрудные нашивки и шевроны голубого цвета, а также тельняшки и голубой берет. Разве голубой берет и голубые нашивки не демаскируют курсанта?

Мы задали соответствующие вопросы лично генерал-майору Рагозину. По его словам, вся проблема в том, что командиры подразделений не исполняют его приказ в точности.

Этот инцидент разбирался в училище прямо в нашем присутствии — и в происходящем обвинили курсантов батальона спецназ. Прозвучали слова «спецназ сам опозорился и бросил тень на ВДВ». Таким образом, руководство училища поделило курсантов на «наших» и «не наших». И это уже имеет прямое отношение к подготовке будущих офицеров ГРУ — а значит, и работе всей системы военной разведки.

Про наших и ненаших

Дорогие читатели! Для решения вашей проблемы прямо сейчас, получите бесплатную консультацию — обратитесь к дежурному юристу в онлайн-чат справа или звоните по телефонам:
+7 499 938-94-65 - Москва и обл.
+7 812 467-48-75 - Санкт-Петербург и обл.
8 (800) 301-64-05 - Другие регионы РФ

Вам не нужно будет тратить свое время и нервы — опытный юрист возмет решение всех ваших проблем на себя!

Деление курсантов на «наших» и «не наших» началось еще в 1968 году с созданием в стенах десантного училища профиля спецразведки — впоследствии знаменитой 9 роты, где готовили офицеров для спецназа. Рота формировалась на штатах ГРУ ГШ ВС СССР, то есть отдельно от ВДВ. Именно поэтому легендарный командующий ВДВ Василий Маргелов как-то сказал: «У меня в училище 8 рот!».

Однако «отсутствующая» 9-я рота на самом деле была лучшей в училище. Например, в 1981 году наш взвод численностью 28 человек окончили три курсанта с золотой медалью и восемь с красным дипломом.

То есть 40% курсантов учились «на отлично»! Генерал-майор Александр Лебедь, командовавший 1-й ротой курсантов выпуска 1981 года, писал: «Если курсанты-десантники были элитой Вооруженных Сил, то курсанты спецназовцы были элитой элиты…»

К сожалению, такое отношение к 9-й роте командование училища не разделяло.

На то имелась действительно веская причина — низкая воинская дисциплина курсантов спецназа. Однако в 9 роту отбирали претендентов по очень специфическим критериям. Выявляли людей, способных к принятию самостоятельных решений, смелым и дерзким действиям. Таким людям непросто оставаться в рамках устава…

Поэтому командование ГРУ не давало роту в обиду. Так, однажды начальник училища пригрозил расформировать роту. Но после вмешательства ГРУ статус 9-й роты, наоборот, еще более повысили, и ее командир стал подчиняться начальнику училища напрямую.

Последствия переездов

После развала СССР подготовка офицеров спецназа в России многократно менялась и реформировалась — что прямо влияло на качество подготовки специалистов разведки. Подготовка спецназовцев из Рязани была передана в Новосибирск.

А с приходом Анатолия Сердюкова в реформе Вооруженных сил и вовсе начались неслыханные чудеса — в том числе и для военных училищ.Под удар попал и факультет спецназ Новосибирского ВОКУ. Ситуацию спас командовавший в то время ВДВ Владимир Шаманов.

По его инициативе в 2013 году было принято решение о выделении 10 млрд рублей на создание в РВВДКДКУ учебно-материальной базы для подготовки кадров в интересах Сил специальных операций, ВДВ, Военно-морского флота и бригад спецназа. Иначе говоря, обучение офицеров спецназа вернули в Рязань.

Однако подобная реформа имела и побочный эффект. Профиль спецназа был создан на штатах Вооруженных сил и командование ГРУ выступало просто в роли одного из заказчиков. Иначе говоря — не влияло ни на учебный процесс, ни на контроль подготовки курсантов.

В итоге сегодня среди преподавателей и офицеров подразделений практически нет офицеров, служивших в спецназе. Курсантам просто не с кого брать пример. Это не единственная проблема училища.

И возможно, все эти проблемы связаны с общим отношением командования училища к курсантам спецназа. Особенно нас возмутили жалобы на то, что заместители начальника училища и другие офицеры управления позволяют себе открыто называть курсантов факультета спецназ «вторым сортом, отстоем и помоями».

Проблемы с учебным процессом

После общения с преподавателями выяснилось, что в планировании занятий присутствует неразбериха, расписание в течение месяца меняется неоднократно. А самоподготовка курсантов стала редкостью, поскольку в часы, отведенные на самоподготовку, проводятся плановые занятия.

Курсантов спецназа регулярно отвлекают для подготовки к показным занятиям в праздничных мероприятиях (курсантов общего профиля к ним не привлекают).

В годы нашей учебы курсанты 9 роты не привлекались ни к каким массовым мероприятиям, парадам, нас запрещали даже фотографировать в строю, учитывая специфику последующей службы.

Сегодня нагрузка по несению службы в наряде на спецназовские подразделения также выше, чем на десантные.

Помимо дефицита преподавателей с опытом в спецназе не хватает и просто опытных кадров. Семинары проводят преподаватели, которые ранее не читали данному курсантскому подразделению лекции. Нагрузка учебных часов на преподавателей тактики составляет 850-900 часов вместо положенных 720, при этом она не компенсируется.

О непонимании руководством училища специфики подготовки спецназа говорит и такой пример. Генерал Рагозин отменил проведение курсантами т. н. полевых выходов (длительные учебные занятия в поле), поскольку «не готова материальная база».

Но для полевых выходов спецназа особая «материальная база» в поле не требуется — неужели начальник училища этого не знает? Спецназ во время полевых выходов не разбивает палатки, не организует полевых кухонь — он просто уходит в лес со своим снаряжением, оборудует лагеря из подручных средств, а после ухода не оставляет следов.

Преподаватели из числа гражданских лиц (отставников) получают зарплату, которая в разы ниже денежного содержания курсантов. Мизерная зарплата преподавателей не может не вызвать у курсантов пренебрежения — а низкий авторитет преподавателей прямо влияет на успеваемость курсантов.

Материальная база, несмотря на значительное финансирование, далеко не в лучшем состоянии. Прекрасный комплекс для занятий водолазной подготовкой неисправен. Преподаватели сетуют, что значительную часть учебной матбазы, созданной в Новосибирске, там и оставили. Банально не хватает компьютеров.

Все это не может не сказываться на интересе курсантов и преподавателей к учебному процессу и службе. В итоге на проходивших недавно госэкзаменах некоторые выпускники получили «двойки» — чего в истории училища не было никогда! Выпускники во время госэкзаменов не могли ответить на элементарные вопросы, касающиеся своей службы: например, о предназначении ЯДГ (ядовитая дымная граната — ВЗГЛЯД).

Были случаи, когда курсанта отправляли в войска сержантом за нарушение воинской дисциплины — но это никогда не было связано с неудовлетворительными оценками на государственных экзаменах. Иначе говоря, происходящее сегодня в училище беспрецедентно.

В разговоре с нами генерал-майор Рагозин подчеркивал, что проблемы училища ему достались от его предшественника. Однако странно слышать это по итогам почти двух лет командования училищем.

Кроме того, из-за ошибок в расчетах кадровиков в текущем году из более чем 250 выпускников-спецназовцев лишь около 80 будут направлены в спецназ.

Остальные направляются в танковые, мотострелковые и прочие непрофильные части. Офицеры оказались ненужными своей Родине — по крайней мере, в том деле, для которого их готовили.

А миллиарды рублей, потраченные на профессионалов военной разведки, выброшены на ветер.

Что делать?

Ни я (ветеран спецназа Сергей Козлов), ни мои товарищи, полковники запаса Павел Костин и Герой России Владимир Ковтун не имеем полномочий для принятия решений по исправлению ситуации.

Но у нас есть ряд предложений руковдству ГРУ и Минобороны:

Если командование ВДВ не проявляет заинтересованности в подготовке квалифицированных офицеров спецназа, можно перевести факультет спецназа на штаты ГРУ ГШ.

Это позволит ГРУ напрямую управлять процессом подготовки офицеров, решать кадровые вопросы и т. п.

Подобрать и назначить на созданную недавно вакансию заместителя начальника училища по спецназу, из числа заслуженных офицеров спецназ, имеющих боевой опыт и навыки командования подразделениями не ниже батальона.

Подчинить его начальнику училища в порядке организации внутренней службы, а по всем вопросам своей компетенции подчинить его ГРУ ГШ ВС РФ. Возложить на этого заместителя задачи по организации учебы.

Укомплектовать штат преподавателей офицерами, имеющими боевой опыт и проходившими службу в частях и соединениях специального назначения и ССО.

Увеличить денежное содержание преподавателей из числа гражданского персонала.

Организовать взаимодействие ведущих кафедр с научными подразделениями ГРУ, занимающимися изучением применения спецназа и ССО в боевой обстановке.

Исключить в процессе обучения формализм, подтасовку и показуху. Взять за основу маргеловское требование: «Учить тому, что необходимо на войне!» Требованием к курсантам должно стать: «Быть, а не казаться!»

Обеспечить продвижение по службе командиров курсантских подразделений, добившихся высоких показателей в учебе.

Понятно, что добиться всего изложенного выше получится не сразу. Но, не выполнив их, ГРУ рискует остаться без спецназа.

Охотники за ядерным оружием: рождение советского спецназа

Воронежский спецназ гру

24 октября 1950 года по распоряжению военного министра СССР созданы армейские подразделения специального назначения

Слово «спецназ» и сегодня, спустя почти 70 лет после появления этих подразделений, будоражит воображение, а те, кто служит в армейских подразделениях специального назначения, по сей день остаются элитой российских вооруженных сил.

Но так было далеко не всегда: первые три десятилетия своего существования советские подразделения спецназначения, входившие в армейскую структуру, оставались тайной за семью печатями.

И это было совершенно оправдано, поскольку наличие особым образом обученных и подготовленных солдат, способных в случае новой войны не просто действовать на территории неприятеля, а буквально ввергать ее в хаос, следовало как можно дольше скрывать от вероятного противника.

Нам нужна особая разведка

Если говорить неформально, то подразделения, которые с 1950 года стали называться армейским спецназом, существовали в структуре русской армии издавна.

Они именовались то лазутчиками, то пластунами, то егерями, то разведчиками, но суть их всегда была одной и той же: действия на территории противника, направленные на дезорганизацию его систем управления и коммуникаций.

Но до тех пор, пока войны не стали мировыми, а театры боевых действий не начали охватывать целые страны и континенты, нужды в большом числе таких особым образом подготовленных солдат и офицеров не было — хватало и тех строевых, чьи кондиции и навыки позволяли им выполнять поставленные задачи.

Спецназовцы обучались обращаться не только с отечественным стрелковым оружием, но и с большинством распространенных иностранных образцов. На снимке: бойцы подразделения спецназа Тихоокеанского флота с американскими штурмовыми винтовками, 1980-е годы

Источник: https://primamedia.ru

Ситуация резко изменилась после Первой мировой войны, когда стала очевидной колоссальная роль хорошо действующей системы управления армией и то, насколько тяжелые последствия влечет за собой ее нарушение.

В большинстве крупных стран именно в это время начинают создаваться прообразы сил специального назначения — как правило, при разного рода тайных полициях, военных разведках и им подобных структурах.

Таким образом шел процесс и в Советском Союзе, где основную роль в выполнении заданий особого назначения играли подразделения, существовавшие в структуре НКВД. Именно они специализировались на диверсионной и террористической деятельности, в том числе и за пределами советской территории.

Впрочем, попытки создать собственные диверсионные подразделения предпринимались незадолго до войны и в Красной Армии. Например, в ходе Зимней войны 1939–1940 годов действовал Особый лыжный отряд 9-й армии.

Последним доводом в пользу создания специализированных войсковых подразделений, обученных и подготовленных для проведения тайных операций на конкретном театре военных действий, стала Великая Отечественная война.

Гигантские масштабы партизанской войны, которая велась в тылу германских войск, доказали, что для успешных действий военные диверсанты должны не просто пройти короткий курс спецподготовки — они должны получить его как отдельную воинскую специальность.

Кроме того, стало совершенно очевидно, что для действий в разных условиях, в том числе климатических и природных, такие солдаты должны быть подготовлены по-разному. То же самое касается театра военных действий, на котором им предстояло воевать: универсальные диверсанты проигрывали в возможностях тем, кто готовился действовать в конкретной стране и даже конкретной местности.

В качестве примера можно привести тот же Особый лыжный отряд времен войны с Финляндией: успех его действий определялся в первую очередь тем, что костяк подразделения составили студенты-лыжники Ленинградского института физкультуры, которые, в отличие от многих солдат-срочников, умели совершать долгие лыжные марш-броски.

Бойцы спецназа ГРУ во время командировки в одну из африканских стран, 1980-е годы

Источник: https://russian7.ru

Сорок шесть первых

Все эти соображения и стали отправной точкой для подготовки докладной записки, которую начальник Генерального штаба Вооруженных сил СССР, генерал армии Сергей Штеменко и начальник Главного разведывательного управления Генштаба, генерал армии Матвей Захаров подали на имя военного министра Советского Союза, маршала Александра Василевского.

этого документа до сих пор засекречено, но можно предположить, что именно предлагалось его авторами.

И, видимо, направление их рассуждений совпало с мнением самого маршала Василевского, поскольку 24 октября 1950 года появилась директива по военному министерству СССР №Орг/2/395832, предписывавшая создать подразделения разведки специального назначения, прямо подчиняющиеся начальнику ГРУ Генштаба.

Размах, с которым командование Советской Армии взялось за создание собственных подразделений специального назначения, был огромным.

С самого начала было предусмотрено создание 46 рот спецназа! 27 из них создавались при общевойсковых, механизированных и ударных армиях и воздушно-десантных корпусах, две — при Центральной и Северной группах войск, остальные — при отдельных военных округах, в том числе Архангельском, Московском, Киевском, Приволжском, Уральском, Южно-Уральском, Туркестанском, Восточно-Сибирском, Западно-Сибирском, Северо-Кавказском, Донском, Таврическом, Горьковском и Воронежском. Численность каждой такой роты составляла стандартные 120 человек, а это значит, что уже к началу 1951 года в рядах советского армейского спецназа числились по меньшей мере 5520 солдат и офицеров.

Каждая рота спецназа подчинялась непосредственно командующему армией или воздушно-десантного корпуса, а там, где они создавались при военных округах, — их командованию.

А для общего руководства было образовано направление по руководству отдельными ротами специального назначения (так называемое 5-е направление) при 2-м отделе 3-го управления 2-го Главного управления Генштаба, как тогда называлась военная разведка.

Руководителем этого направления был назначен полковник Павел Степанов. Начавший службу в Красной Армии в 1927 году, он в 1937-м закончил артиллерийскую академию, служил помощником военпреда на военном заводе, а через два года стал сотрудником отдела технической разведки Разведуправления РККА.

Пройдя всю Великую Отечественную войну в рядах армейской разведки, после Победы Павел Степанов отправился в заграничную командировку, а вскоре по возвращении из нее и был назначен первым командиром советского спецназа.

Бойцы 22-й бригады спецназа ГРУ в Афганистане, замаскированные под душманов

Источник: pinterest.ru

 Творцы хаоса

Что представляла собой отдельная рота специального назначения военной разведки образца начала 1950-х годов? Это были четыре разведвзвода, среди которых был один учебный и один взвод радиоспецсвязи. Из этой роты по мере необходимости формировались подразделения, которые предназначались для выполнения конкретных задач.

Это могли быть группа, то есть отделение спецназовцев, которому придавались один-два радиста из радиовзвода, или отряд, основу которого составлял взвод спецназа и при нем два-четыре спецрадиста.

Отряды создавались для выполнения особо сложных задач, а в обычных условиях основной боевой единицей спецназа была группа — и именно действиям в ней учили бойцов сил специального назначения.

Отделение роты штаба 3-ей гвардейской бригады спецназа Группы советских войск в Германии — победители соревнований групп специального назначения, начало 1980-х годов

Источник: http://1071g.ru

Командирами отдельных рот войсковой разведки специального назначения становились опытные офицеры-разведчики с фронтовым опытом, как правило, в звании не ниже капитана, командирами взводов — не ниже старшего лейтенанта.

Что касается рядовых и сержантов, то попасть на службу в спецназ могли только те из них, кто прослужил в армии не менее двух лет (напомним, что в то время срок службы в сухопутных войсках составлял три года), а кроме того, прошел строжайший медицинский и психологический отбор: спецназ с самого начала задумывался как элита армии.

Основной задачей, которая была поставлена перед спецназом при его создании (и, заметим, остается главной по сию пору), стало выполнение специальных заданий на территории потенциального или действительного противника.

Тогда, в начале 1950-х годов, наибольшую опасность для Советского Союза представляло атомное оружие, которым располагали Соединенные Штаты и которое было размещено на территории Западной Европы, — и именно оно стало главной целью спецназовцев.

В случае начала войны группы и отряды специального назначения должны были отправиться в назначенные им оперативные районы — те самые, характеристики, особенности и топографию которых спецназовцы досконально изучали во время подготовки, и там развернуть диверсионную деятельность.

Прежде всего они должны были наносить удары по ядерным арсеналам противника и средствам доставки оружия массового поражения, уничтожать его штабы и системы коммуникации, сеять панику и буквально парализовывать жизнь там, где действует спецназ.

Бойцы 173-го отдельного отряда спецназа ГРУ с пленными душманами на аэродроме, Афганистан, район Кандагара, 1987 год

Источник: http://afg-hist.ucoz.ru

Очень скоро круг задач армейского спецназа будет расширен: он займется выполнением особых заданий во всех горячих точках, в которых присутствовали интересы Советского Союза. Корея, Вьетнам, Ангола, Мозамбик, Никарагуа, Афганистан — трудно найти хотя бы один вооруженный конфликт времен холодной войны, в котором так или иначе не отметились бы советские спецназовцы.

Постепенно на смену отдельным ротам спецназначения пришли батальоны, потом — бригады и полки; свои части спецназа появились в Военно-морском флоте.

К моменту развала Советского Союза в систему разведывательно-диверсионных формирований ГРУ входили 14 отдельных бригад, два отдельных полка, 29 отдельных рот и пять морских разведывательных пунктов (по сути — тех же отдельных рот, но в структуре ВМФ СССР) общей численностью около 22 тысяч человек.

И каждый из них по-прежнему знал, что днем рождения армейской разведки специального назначения была и остается дата 24 октября 1950 года, которую с 2006 года отечественный спецназ официально отмечает как День подразделений специального назначения.

Обложка: Спецназ ГРУ в Афганистане. Источник: ria.ru

Спецназ Великой Отечественной. Штурмовые группы Красной Армии

«Альфа» — лучший спецназ в мире

Краткий курс истории. Военные разведчики

Бессмысленный подвиг, который был не зря. К годовщине марш-броска на Приштину

Вычеркнутый афганский подвиг: правда 30 лет спустя

Дорогие читатели! Для решения вашей проблемы прямо сейчас, получите бесплатную консультацию — обратитесь к дежурному юристу в онлайн-чат справа или звоните по телефонам:
+7 499 938-94-65 - Москва и обл.
+7 812 467-48-75 - Санкт-Петербург и обл.
8 (800) 301-64-05 - Другие регионы РФ

Вам не нужно будет тратить свое время и нервы — опытный юрист возмет решение всех ваших проблем на себя!
Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.