Крымские татары в узбекистане

Депортация XXI века. Крымского татарина выдворили в Узбекистан

Крымские татары в узбекистане

Российские власти принудительно выдворили 58-летнего крымскотатарского активиста Недима Халилова в Узбекистан. Симферопольский суд принял решение о его депортации еще в ноябре 2016 года. После этого Халилова вывезли в Краснодарский край, где его на протяжении полутора лет держали в спецприемнике для иностранцев, нарушивших миграционное законодательство.

Недима Халилова посадили в самолет, следующий из Краснодара в Узбекистан, 15 мая. Уже находясь на борту он сообщил об этом друзьям и лидерам Меджлиса крымскотатарского народа, которые и рассказали о депортации своего соотечественника.

«О сегодняшнем насильственном выдворении крымского татарина Недима Халилова из Краснодара в Узбекистан узнал по прилету в Стамбул. Первым сообщением, выскочившим в телефоне после включения в Стамбуле, было им отправленное: «Выдворяют сейчас в Узбекистан», – написал 15 мая глава Меджлиса крымских татар Рефат Чубаров на своей странице в Фейсбуке.

Решение о депортации принимал подконтрольный России Железнодорожный суд Симферополя. Это произошло еще 7 ноября 2016 года. Судья Татьяна Белинчук признала активиста виновным в «нарушении режима пребывания в России».

Халилова судили как гражданина Узбекистана, хотя сам он считает себя лицом без гражданства. Он проживал в Крыму с 1986 года, но не оформлял ни украинский, ни российский паспорт.

По его словам, единственный документ, которым он владеет, – паспорт СССР, в котором указано, что Халилов родился в Узбекской ССР.

В 2014 году активист осудил «присоединение» Крыма к России, заявив, что Россия уже второй раз аннексирует полуостров

Активист не оформлял гражданство по идейным соображениям: Халилов не признает Крым ни частью России, ни частью Украины.

Он считает, что на полуострове должна быть восстановлена крымскотатарская государственность. И российские, и украинские власти он называл «оккупационными».

Он резко критиковал органы национального самоуправления – Меджлис и Курултай и считал их позицию по крымскотатарскому вопросу непоследовательной.

В 2014 году активист осудил «присоединение» Крыма к России, заявив, что Россия уже второй раз аннексирует полуостров. Первой аннексией, по его мнению, было завоевание Крыма Российской империей в XVIII веке. В марте 2014 года он объявил о создании «Движения сопротивления крымских татар», целью которого является восстановление крымскотатарской государственности.

Данная группа за время существования себя практически не проявляла. Вся ее работа сводилась к тому, что время от времени «Движение сопротивления» публиковало политические заявления и призывы к различным странам и организациям. Например, в ноябре 2015 года эта группа призвала ООН установить контроль над Крымом. Ответа на это заявление не последовало.

Фактически деятельность Халилова заключалась в том, что он комментировал те или иные события в социальных сетях, а также время от времени судился с российскими властями по различным поводам. К примеру, в феврале 2016 года он подал в Центральный суд Симферополя иск с требованием признать крымских татар коренным народом Крыма.

Деятельность Халилова заключалась в комментировании тех или иных событий в соцсетях и тяжбах с российскими властями по различным поводам

Активист пытался обжаловать решение о своей депортации, но 8 ноября 2016 года подконтрольный России Верховный суд Крыма оставил этот вердикт в силе. В этот же день сотрудники миграционной службы вывезли активиста в спецучреждение временного содержания иностранных граждан, расположенное в поселке Вардане российского Краснодарского края.

Удар по здоровью

Спустя две недели после принудительного перемещения в российский спецприемник Недим Халилов в знак протеста объявил частичную голодовку – перешел на хлеб и воду.

Он выдвинул два требования к российским властям: вернуть его в Крым и признать лицом без гражданства.

На уступки активисту никто не пошел, и через три дня он объявил полную голодовку – заявил, что будет пить только воду с солью.

Шли недели, российские власти молчали, а Халилов по-прежнему отказывался принимать пищу.

Он сильно потерял в весе, у него постоянно повышалось давление, и при всем при этом активист написал заявление об отказе от госпитализации.

28 декабря 2016 года за соотечественника вступился Меджлис крымскотатарского народа, лидеров которого активист в жестких выражениях критиковал на протяжении многих лет.

Принимать пищу Халилов согласился только 4 января – на 43-ий день голодовки. После такого перерыва начинать есть следует под наблюдением врачей во избежание непоправимых проблем со здоровьем, но крымчанин выходил из голодовки самостоятельно. Ему удалось это сделать благополучно.

Во время голодовки активиста перевели в другое спецучреждение Краснодарского края, расположенное в селе Новоукраинское. Там 25 января 2017 года, по словам Халилова, его избили охранники. В ответ он направил жалобу в прокуратуру, но после проведенной проверки никто не был привлечен к ответственности.

В июне прошлого года Халилова перевезли в другой спецприемник, расположенный в российском Ставропольском крае. Там его продержали два месяца, а затем снова вернули в центр для нарушителей миграционного законодательства в Новоукраинском.

В последний раз корреспондент Крым.Реалии созванивался с Халиловым в апреле 2018 года. Во время беседы он пожаловался, что 13 марта пережил гипертонический криз.

«Там 260 на 150 миллиметров ртутного столба было давление. Но в принципе обошлось без инсульта, без инфаркта. Медики быстро и оперативно вмешались, остановили этот процесс, сбросили давление. Вовремя они подошли. Спасибо товарищам, которые со мной живут, они побежали, быстро вызвали медиков», – рассказывал Халилов в начале апреля.

Новые скитания

Скорее всего, активиста так долго держали в спецприемниках, потому что Узбекистан весь этот период не давал согласия его принять на свою территорию. Сам Халилов утверждал, что не является узбекским гражданином, но в 2000 году вместе с семьей он какое-то время проживал в Ташкенте.

Как он сам рассказывал, тогда СБУ открыла против него уголовное дело в связи с его заявлениями о создании крымскотатарского государства. И после этого Халилов решил покинуть Крым и скрыться от преследования в Узбекистане.

Он уехал в Ташкент по советскому паспорту и опасался, что по этому документу в Крым его уже не пропустят. Чтобы вернуться домой, активист оформил узбекский паспорт.

Срок действия этого документа истек в 2009 году, и Халилов утверждал, что, по узбекским законам, он автоматически вышел из гражданства.

Власти Узбекистана за прошедшие полтора года не делали публичных заявлений по поводу крымскотатарского активиста. Адвокаты и соратники Халилова неоднократно направляли запросы по этому поводу в узбекские дипломатические представительства, но те не отвечали.

По прибытию в Ташкент Недиму Халилову вручили документ под названием «Сертификат на разрешение вернуться на родину»

Корреспондент Крым.Реалии

В узбекистане «замолчали» 70-летие депортации крымских татар

Крымские татары в узбекистане

Написать о жизни крымских татар в Узбекистане меня побудили сразу несколько событий. Во-первых, аннексия в марте текущего года Россией Крымского полуострова.

По сообщениям СМИ, многие крымские татары, давно вернувшиеся на историческую родину, во главе с бывшим политическим узником и председателем крымско-татарского Меджлиса Мустафой Джемилевым выступили против выхода из под украинской юрисдикции.

Во-вторых, собственно 70-летие со дня депортации татар из Крыма. В поисках информации о том, как отмечали эту дату в Узбекистане, я нашел в интернете множество прошлогодних публикаций о 69-й годовщине тех трагических событий. И ни слова о нынешнем юбилее.

И, в-третьих, отсутствие крымских татар среди организаторов и участников проходившего 8 июня в Ташкенте татарского праздника Сабантуй: в прошлые годы крымские татары, наряду с башкирами, принимали в нем активное участие, а в этом, как ни странно, были лишь в числе посетителей столичного парка имени Бобура, где проходили празднества.

Как рассказали его организаторы, причиной тому стало будто бы все более активное переселение крымских татар на историческую родину: им, дескать, сейчас не до Сабантуя, и представлять их творчество было просто некому. Хотя сегодня в Узбекистане живут по некоторым данным от 80 до 100 тысяч крымских татар, то есть приблизительно столько же, сколько и год назад.

Председатель национально-культурного центра крымских татар г. Ташкента Нусрет Джемилев

В Ташкенте культурный центр крымских татар работает при Интернациональном центре Узбекистана. Однако, как выяснилось, мало просто явиться в Интерцентр. Чтобы получить контактную информацию о руководстве наццентра крымских татар, необходимо еще пройти через «фильтр» двух пожилых европейского вида женщин – методистов головной организации, явно страдающих от безделья.

Эти, как мне показалось, довольно агрессивно настроенные тётушки, прежде чем связать меня с председателем национально-культурного центра крымских татар Ташкента Нусретом Джемилевым, долго выпытывали, кто я да откуда, есть ли у меня, как у журналиста, узбекская аккредитация, и вообще имею ли я право на разговор с крымскими татарами.

В итоге, после моих напоминаний о праве любого гражданина искать, получать и распространять информацию одна из женщин набрала номер и передала мне телефонную трубку. Джемилев после пары дежурных вопросов согласился о встрече, которая, правда, потом дважды откладывалась, но всё же произошла.

«Надо работать с Россией»

Небольшой уютный кабинет Джемилева находился в том же здании Интерцентра. Разговор с ним я начал осторожно, издалека.

– Ваш центр, как следует из его названия, объединяет только крымских татар Ташкента, а не всего Узбекистана?

– Да, только Ташкента – статус республиканского значения нам не дают, потому что у нас, крымских татар, нет своей государственности и даже автономии, поэтому нет смысла укрупнять наш статус. По статусу мы до недавнего времени находились под юрисдикцией Украины, а теперь получилось так, что мы под юрисдикцией России.

– Как лично вы относитесь к тому, что Крым стал российским?

– Я-то всю жизнь прожил в Узбекистане, а вот многие мои друзья и родственники жили в Украине, и вдруг, в короткий период времени их заставляют жить в другом государстве – понятно, это сложно воспринять как нормальное явление.

Но, тем не менее, факт случившегося надо признать, и хотя руководители нашего Меджлиса (исполнительно-представительного органа крымских татар – прим. авт.) и говорят, что очень отрицательно это воспринимают, сейчас все больше и больше крымских татар склоняются к тому, что надо идти и работать с Россией.

Иначе, если мы пойдем в противовес, в противостояние тому, что нам навязали, это будет воспринято отрицательно, и нашему маленькому народу могут не давать развиваться, нормально жить.

– То есть вы склоняетесь к смирению?

– Да не к смирению – мы склоняемся к тому, чтобы жить в соответствии с данной ситуацией. Мы же, маленький народ, находящийся на грани выживания, не можем противостоять такому большому государству как Россия.

– Но ведь, насколько я знаю, Мустафа Джемилев… Кстати, вы не родственники?

– Нет, просто однофамильцы.

– Так вот, Джемилев ведь настаивает на иной позиции?

– Он настаивает, но, понимаете, это человек, который сам воочию, хоть и был маленький, пережил акт депортации, акт геноцида. И люди в его возрасте, которые пережили данную ситуацию, конечно, отрицательно будут все это воспринимать, так как случившееся – полнейший беспредел, который творился с народом: около 200 тысяч татар были депортированы, и 150 тысяч из них попали в Узбекистан.

Причем, поначалу это были только женщины, старики и дети, а всё взрослое мужское население отправили в так называемую трудармию. Мой покойный отец также попал в трудармию, в Рыбинск, где потерял здоровье…

– А чем являлась эта трудармия?

– Ну, вот в Рыбинске они работали на производстве, на лесоповале.

– То есть занимались тем, чем обычно занимаются заключенные?

– Да, это те же работы, только в данном случае такие работы называли красиво и даже ласкательно – трудовой армией. Мой отец был настолько талантлив, что имея 4-классное образование, сам научился играть на скрипке, хорошо пел, также самостоятельно овладел профессией плотника. Но в этой трудармии потерял здоровье и в 1976 году в возрасте 52 лет умер.

После его кончины мать одна воспитала шестерых детей. Слава Богу, все выжили. Правда, мой братишка в Крыму два года назад от сахарного диабета умер, оставив троих детей…

– Вы всю жизнь прожили в Узбекистане?

– Да, я родился и до сих пор живу здесь. Узбекистан – это моя родина. Хотя историческая родина – Крым. И вот, несмотря на то, что для нынешнего поколения татар эта родина лишь историческая, все равно весь крымско-татарский народ тянется туда – на землю своих предков.

– Сколько на сегодняшний день в Узбекистане остается крымских татар?

– Я предполагаю, поскольку точных данных нет, от 80 до 100 тысяч, и это количество постоянно уменьшается, поскольку люди уезжают. Хотя нам никто с переездом не помогает, а помочь обещали.

– Кто обещал?

– Украина брала на себя такие обязательства, но из-за очень слабой экономической ситуации в стране они этот вопрос так до конца и не решили.

«Наш народ сильный и волевой»

– Есть ли данные о том, сколько татар вернулось в Крым за годы независимости Узбекистана?

– В данное время в Крыму проживают около 300 тысяч татар, и, как я думаю, большинство из них переехали из Узбекистана.

– И, насколько я понимаю, им в этом никто не препятствовал?

– Поначалу, в конце 80-х-начале 90-х, узбекские власти препятствовали, потому что многие из уезжавших были сильные, грамотные специалисты, многие занимали высокие посты. А сейчас в Узбекистане своих кадров море.

– Что необходимо предпринять сейчас, чтобы вернуться в Крым?

– Не знаю, как сейчас, но после аннексии, думаю, в России примут какие-то законы.

А раньше, во времена Украины, здесь, в Узбекистане, можно было выписаться, затем при Меджлисе существовал специальный отдел, который помогал выйти из узбекского гражданства и получить украинское.

При этом человек был предоставлен самому себе: нужно было самостоятельно искать участки, квартиры для места жительства, работу.

Но тот порыв, та тяга к родине, которая была у крымских татар, преодолевала все эти трудности, и люди все равно перебирались в Крым, пусть даже на голое место, и там обживались. И теперь, я думаю, поскольку крымские татары чего только не переживали, они переживут и новые отношения, пропустят их через себя. Наш народ сам по себе сильный, волевой, и свое место в Крыму найдет.

«Русские всегда обманывали крымских татар»

– На ваш взгляд, насколько дружны крымские татары, проживающие в Узбекистане? Лично вы ощущаете, что у нас есть такая цельная, дружная диаспора?

– Эта дружба, единство проявляются, когда возникает какая-то трудная ситуация. Например, когда началась аннексия Крыма, крымские татары дружно встали и поддержали наш Меджлис в его отношении к этой аннексии. Потому что в Меджлисе люди умудренные опытом, они знают, что русские, как бы ни было обидно этому народу, всегда обманывали крымских татар и никогда свои обещания не выполняли.

Я думаю, все зависит от руководителя. Сейчас там вроде руководитель Меджлиса нормальный, и, как он поставит, проявит себя, так и будет.

– Но ведь он уже проявил себя в том, что Мустафу Джемилева не пускают в Крым?

– Возможно, он тоже в этом участвовал, но всё равно, я думаю, трезвые умы восторжествуют, и Джемилева впустят. Ведь в чем он провинился? В том, что защищает свой народ от того геноцида, который над ним сотворили и, возможно, вновь хотят сотворить? Поэтому, я думаю, всё равно рано или поздно ему дадут возможность жить в своем доме.

– Каково, на ваш взгляд, отношение Путина к крымским татарам?

– Судя по уже озвученным его шагам, отношение положительное, ведь он утвердил на территории Крыма третьим государственным языком, после русского и украинского, крымско-татарский. Но вот то, что он препятствует созданию нашей автономии по национальному признаку, это отрицательно сказывается на людях. Наш народ заслужил свою автономию.

Но я надеюсь, что в будущем дадут разрешение на создание хотя бы крымско-татарского автономного округа с приоритетным нашим менталитетом.

– Вы не замечаете какого-либо ущемления прав крымских татар здесь, в Узбекистане?

– Нет, спасибо нашему президенту, который подобные настроения сразу пресекает на корню.

– С чем тогда связано то, что, если в прошлом году все местные СМИ активно писали о 69-й годовщине депортации татар из Крыма, то в этом, уже юбилейном, году – в СМИ полная тишина?

– Наверное, менталитет руководства республики еще недостаточно созрел для того, чтобы широко отметить эту юбилейную дату. Мне тоже было обидно, что, если в прошлом году в ташкентском музее памяти жертв репрессий был организован торжественный митинг со столами, микрофонами, возможностью демонстрировать видео, то в этом году действительно сложилось ощущение, что никакой юбилейной даты нет.

Хотя мой народ столько вложил сил в становление узбекского государства, что должны были как-то более широко отметить 70-летие геноцида крымских татар. Но, возможно, в этом году они посчитали эту тему не очень актуальной…

Крымские татары — жизнь прекрасного народа

Крымские татары в узбекистане

Крымские татары сформировались как тюркский народ с исламской религией и в настоящий момент в основном проживают на полуострове Крым. Формирование народа длилось несколько веков. По разным оценкам, в общей сложности становление заняло от 10 до 12 веков. Крымских татар отличает уникальная и самобытная культура, приверженность традициям и особый семейный уклад.

Название

Феномен происхождения названия «крымские татары» связан с широкой распространенностью этнонима. Так как народ считается тюркским, то, по устоявшейся традиции, его относили к татарам, как и почти всех тюрков во времена Российской империи. Крымские татары определяют себя как «крымцы» («крымтатары»), хотя иногда пользуются устоявшимся этнонимом.

История

Специалисты предполагают, что история крымских татар началась с 1233 года, когда на территорию полуострова пришли золотоордынцы. Споры о том, насколько современные потомки близки к своим далеким предкам, продолжаются до сих пор.

В 1944 году народ пережил депортацию. Примерно 240 тысяч человек были массово высланы из Крыма. Основной причиной было обвинение в измене СССР и сотрудничество с фашисткой Германией. Из-за депортации погибли тысячи людей.

Ее пагубные последствия сказываются даже на жизни современных крымских татар.

Религия

Главной религией народа признан ислам. Одним из первых эту религию нес в массы Малик Аштер. Считается, что миссионер был близок самому пророку Мухаммеду.

Исламская доктрина оказала большое влияние не только на жизнь, но и военное дело крымских татар. Даже во время походов воины следовали ритуалам, молились и соблюдали предписания Корана.

Первой религиозной постройкой (1262 год) является мечеть в Солхате, который теперь называют Старым Крымом.

Традиции

Главной традицией у крымских татар является ритуал гостеприимства. Если гость является желанным, то ему обязательно преподнесут чай. О намерении вести долгую беседу свидетельствует малая порция.

Чем больше чая гостю наливают, тем меньше с ним хотят разговаривать. Поэтому, если чай налили до краев, значит беседа должна быть короткой. После трапезы старший в доме читает молитву.

Только после нее можно вставать из-за стола.

У крымских татар был обряд «хна геджеси» — ночь хны, когда невесте красили волосы, красили части тела. Это имело и гигиеническую основу, потому что хна обеззараживала руки, ноги, ногти, где могла бы быть какая-то зараза.
Хной рисовали важные знаки.

Например, знак, который можно увидеть на килимах, — ромб с точкой внутри, рисовали невесте на правой руке. На левой руке рисовали круг — это тоже женский знак, означающий плод, точка внутри — это семя. Сейчас есть мода на мехенди, которая пришла из Индии, из Европы.

Но многие крымские татары против нее, ведь у них есть богатая орнаментальная палитра, поэтому к чужим традициям зрелое поколение относится скептически.

Свадьба

Свадебный обряд имеет важное значение в жизни крымского татарина. Подготовка к такому мероприятию проводится особо тщательно. На нем должно присутствовать как можно больше родственников. Даже на роль официантов отбирают мужчин, близких к семье жениха и невесты.

Привычного в понимании россиянина или украинца тамады на торжестве нет. Его заменяет руководитель — агьас. Согласно обряду, жених и невеста должны приехать в дом вечером. Их обязательно сопровождают друзья и родственники.

Сначала пара проходит в комнату, где их угощают сладостями, затем им надлежит отдохнуть. Руководитель согласовывает свадьбу с отцом девушки. На свадьбе гости выходят по очереди, каждый преподносит подарок. Если свадебный обряд должен проводиться на стороне жениха, то за невестой едут его родственники.

На свадьбу опаздывать ни в коем случае нельзя, поэтому время подгадывают заранее. Приданое семье невесты привозят за несколько дней до начала церемонии и держат в отдельной комнате. Со стороны семьи невесты младший сын обязан доставить Коран жениху, пока девушка получает благословение от родителей.

Невесте дарят пояс-кушак, а к автомобилю, на котором она поедет к будущему мужу, привязывают длинную белую нить.

Когда невеста прибывает к дому жениха, младший сын из ее семьи (или мальчик из семьи друзей) преподносит Коран матери жениха. Та в свою очередь должна дать поощрение. Невесту сопровождает маленькая процессия, посыпающая ее платье монетами, конфетами и зерном.

Праздники

Крымские татары отмечают несколько праздников, в том числе Новый год. Так называемый Йыл Геджеси отмечают 22 декабря. Считается, что именно этот день является началом зимы. На праздник готовят пирог с мясом и рисом. В центр помещают некрашеное яйцо. Вместе с пирогом подают халву.Яйцо нужно немного смазать сажей, оставшейся в казане.

Как только на улице стемнеет, мальчишки выворачивают шубы наизнанку, накидывают их и бегают по дому. Довольно забавно выглядят их просьбы угостить сладостями. Мальчишки кричат, что если их угостят, то у дарующего обязательно родится мальчик, а если он откажет, то «плешивая дочь». Девушки на Новый год устраивают колядование, а юноши дарят понравившимся девушкам маленькие угольки.

Взяв уголек, девушка соглашается на сватовство.

Одним из древнейших праздников является Наврез. Праздник отмечают в честь начала хозяйственного года.

К его наступлению нужно прибраться в доме, подготовиться к пахоте, сделать маски, сварить и покрасить яиц. Хозяйки выпекают печенье в виде рогов барашков, а дети прыгают через костер.

Детвора наряжается в костюмы коз, стучится в окна и поздравляет с Наврезом. Хозяева домов должны одаривать детей сладостями

Внешность

Этнографы, посетившие поселения крымских татар в 19 веке, отмечали, что лица людей имеют «хороший» цвет, правильные нос и рот. Брови и ресницы черные, при этом отсутствует скуластость и «широкость».

Жители степей имели невысокий рост, отличались сутулостью, узкими глазами, небольшим носом, редкой бородой и черными как смоль волосами. Обитатели гор, в противоположность степным, были высокими, крепкими и стройными.

Лица их были продолговаты, а волосы густые.

Одежда

Орнаменты вышивки, ткачества у крымских татар удивительные, и их очень много. Восточный мотив в одежде народа всегда был главным. Люди из высших сословий носили наряды из бархата, украшенные драгоценными камнями и серебром.

Золото татары считают плохим металлом, якобы в нем может жить шайтан, способный погубить человека. Однако солнечный блеск всегда в почете, поэтому элементы могли покрывать позолотой.Крымские татары уделяют цветам большое внимание.

Белый считается цветом счастья, а черный символизирует траур. Золотистый и желтый означают богатство, процветание, чистоту духа и тела. С ними традиционно связывают солнце.

Красный цвет дает защиту, а розовый обычно использовался для пошива женской одежды, и носили ее незамужние девушки. Замужним же нужно носить одежду зеленого или синего цветов.

Тюбетейка — популярный мужской головной убор. Но сейчас на улице его редко увидишь. Шапочка давно уже перешла в разряд сувенирной продукции. Бархатную тюбетейку, богато расшитую бисером или канителью, найти совсем нетрудно. Своим брендом татары гордятся и продают на праздничных ярмарках.

В старину шерстяные нити окрашивали отварами корней, листьев или цветов растений, произрастающих в Крыму.

Праздничные наряды крымских татар вышивали и выкладывали орнамент золотыми и серебряными нитями (сырма, сом сырма).
В дни траура в доме умершего носили темную одежду (къаралар киелер). Однако в некоторых районах Крыма траурным считали белый цвет.

Еда

Кухня крымских татар уникальна, поскольку включает традиции украинской, греческой, турецкой, русской, итальянской и российской кухонь. Южане предпочитают овощные блюда, рыбу, фрукты. Степные жители употребляют молочные продукты, много мяса. Культура питания крымских татар начала формироваться еще в древние времена.

Людям было необходимо есть сытную пищу, чтобы выживать в горах. Благодаря этому родилось множество рецептов для заготовки мяса: копчение, сушка, засаливание.
Особое место занимают и мучные изделия. Для их изготовления используют дрожжевое тесто. Хлеб воспринимается крымскими татарами как священный продукт.

Сладкая выпечка обожаема детьми и взрослыми. Одна из примечательных особенностей сладостей у местного населения — мясная начинка (например, мясо используется для приготовления катламы). Популярными блюдами остаются чебуреки, различные пловы, пироги. Помимо баранины, крымские татары используют индейку, конину.

Из напитков употребляют кофе, бузу, кобылье молоко и айран.

Жилище

Крымские татары живут в традиционных постройках, которые делятся на 4 типа:

  • бахчисарайские дома;
  • деревенские бахчисарайские дома;
  • степные дома Симферополя;
  • южнобережные дома.

Для бахчисарайского дома характерно корпусное деление. Несколько корпусов образуют единый дом, причем корпуса могут быть соединены калитками. Возле таких домов принято создавать сады для выращивания винограда и фруктовых деревьев. Домики строятся из натурального камня, имеют прямоугольную форму. В качестве цемента используется глина.

Деревенские дома строят из дубовых досок, реже из сруба. Фундамент возводят из камня, свод крыши представляет собой обтесанные брусья. Дома, расположенные в степных районах Симферополя, характеризуются наличием пустых дворов, огороженных маленькими заборами. Крыши в таких домах двухскатная, а основным строительным материалом служит кирпич.

Другая особенность — наличие хлева.

Южнобережные дома схожи с кавказскими, имеют такое же расположение комнат, строятся крестовидно, будто один на другом.

Характер

  1. Крымские татары очень спокойные люди и равнодушные к суете. Одновременно они могут часами неустанно вести беседы и проявлять любопытство к каждой мелочи. В работе проявляют усердие, сосредотачиваются на деле, не желая отвлекаться на мелочи.
  2. Всем татарам свойственно делать важный вид, особенно в общественных местах.

    При этом они остаются довольно скромны.

  3. В отношении жилья люди очень трепетны. Стараются сохранять чистоту и беречь каждую вещь.
  4. Большое влияние на характер и жизненный уклад оказывает Коран, требуя соблюдения важных правил.
  5. К великодушию крымский татарин отнесется соответственно.

    Здешний народ считает, что ко всякому, чей хлеб ты ел, нужно относиться с особым почтением.

  6. Людей, которые кажутся странными, крымские татары стремятся избегать.

Последние десятки лет негативно сказались на жизни населения, которое пережило массовую депортацию.

Многие озабочены сохранением и восстановлением культуры народа, но тем не менее проявляют живой интерес к приезжим, стремясь узнать как можно больше о культуре гостя.

В видеоролике демонстрируется неповторимый по красоте национальный танец Хайтарма.

С 8 по 20 мая 1944 года в ходе спецоперации НКВД-НКГБ из Крыма в Среднюю Азию, Сибирь и Урал были депортированы все крымские татары (по официальным данным – 194 111 человек). В 2004-2011 годах Специальная комиссия Курултая проводила общенародную акцию “Унутма” (“Помни”), во время которой собрала около 950 воспоминаний очевидцев депортации.

Крым.Реалии публикуют историю семьи Муслимовых, которые после выселения смогли вернуться на родину.

Рефат Муслимов и Мусфире Керимова родились с разницей в один год и один день. В их историях – судьба целого поколения крымских татар, людей, на долю которых выпали самые тяжелые испытания: война, депортация, борьба за возвращение на историческую родину в Крым.

“Вставайте, дети! На улице солдаты!”

Рефат Муслимов родился 1 мая 1932 года в селении Къоз Судакского района Крымской АССР. Его отец умер спустя полгода после его рождения. Рефата и двух его братьев вырастила и воспитала мама.

Как и все пережившие трагедию депортации 1944 года, Рефат навсегда запомнил этот день.

“18 мая рано утром в селе началась суматоха. Мама вышла подоить коз и тут же вернулась: “Вставайте, дети! На улице солдаты!” На пороге нашего дома появился офицер с двумя рядовыми и объявил: “По указанию Верховного главнокомандующего вас выселяют из Крыма. 15 минут на сборы, что можете с собой прихватить – берите”, – рассказывал Рефат.

Рефат Муслимов с мамой, 1949 год. Фото из семейного архива

В 10 утра их погрузили в машины и повезли в Феодосию. Крымскотатарские деревни, которые они проезжали – Сувукъсу, Эльбузлы, – были уже пусты. Во дворах мычали коровы, выли собаки.

На железнодорожном вокзале в Феодосии согнанных сюда из близлежащих селений крымских татар затолкали в вагоны для скота. Впереди был долгий путь в Узбекистан.

“Где стоите, там и справляйте нужду”

В этот же день 18 мая 1944 года, совсем неподалеку, из керченской деревни Палапан, выселяли 11-летнюю Мусфире с семьей и ее соотечественниками – крымскими татарами.

Мусфире Керимова родилась 2 мая 1933 года в деревне Салын Маяк-Салынского района Крымской АССР. В семье помимо нее было две сестры и брат. Ее отец Керим Девлетшаев еще в 1920-х вступил в партию, участвовал в создании колхозов по всему Керченскому полуострову.

“Около 4 часов утра в дверь сильно постучали. Зашел офицер с солдатами, посмотрел на часы, дал на сборы 15 минут и приказал всем выйти на улицу. Сказал, чтобы еды взяли с собой на неделю.

Отец и брат успели кое-что из продуктов взять в дорогу. Мы думали, что нас всех ведут на расстрел, все плачем.

В десяти метрах от нашего дома стоял пулемет, солдат сказал: “Если пошевелитесь – расстреляю”, – вспоминала Мусфире.

Мусфире Керимова, 1958 год. Фото из семейного архива

Советские солдаты даже не дали им одеться. Дети стояли в нижнем белье, лишь успев сверху накинуть пальто. Они захотели в туалет, но солдаты не разрешили: “Где стоите, там и справляйте нужду”.

На восемь-десять семей крымских татар дали одну повозку. На нее посадили старенькую бабушку с четырьмя маленькими внуками. Ее сын воевал, а невестка поехала на станцию Семь Колодезей узнать о муже. Старушка успела взять с собой в дорогу только сковородку с хамсой, больше ничего – ни еды, ни одежды. Так и сидела, обняв детей и сковородку.

Остальные шли за повозкой в деревню Аджи-Эли. Там собрали крымских татар из нескольких сел Керченского полуострова. Безоружные люди находились в оцеплении советских солдат, ожидая своей участи.

Только к обеду подъехали машины, их погрузили и повезли на станцию Ташлы-Яр. Стояли шум, плач. Солдаты заталкивали людей в вагоны для скота. Наконец, поехали.

Когда проезжали Сиваш, старшие, увидев его в маленькое зарешеченное окошко, плакали и кричали: “Прощай, родной наш Крым! Увидим ли тебя еще?!” Старшие говорили детям: “Смотрите, дети, мы через Сиваш – ворота Крыма – проезжаем. Никогда не забывайте свою родину – Крым!”

Изнурительная дорога заняла 20 дней. Каждую ночь умерших от голода и болезней собирали солдаты, обещая, что похоронят. На самом деле мертвых сбрасывали в реки или оставляли в степи.

Узбекистан

Семья Муслимовых оказалась в Узбекистане – в городе Каттакурган Самаркандской области. По прибытии их ожидали “покупатели” рабочей силы, съехавшиеся из соседних колхозов. Однако среди прибывших трудоспособных почти не было – лишь изможденные старики, женщины и дети.

Несмотря на ужасное состояние людей, их погнали пешком за 25 километров в колхоз имени Ахунбабаева Карадарьинского района. Разместили в сараях – по 11-12 человек. На следующий день пришел председатель колхоза с плеткой и всех погнал на работу на хлопковые поля.

В семье Муслимовых первым умер дедушка Сеитосман, затем дядя Сейтмамут и тетя Эдие.

“Мой покойный дед сказал: “Я тут не останусь, вернусь, хоть и пешком, в свой родной Крым”. Через шесть дней он умер. Еще через 15 дней умер дядя. Они не знали, как и где их хоронить. Выкопали яму и похоронили. А утром увидели, что шакалы вытащили тело”, – рассказывал Рефат Муслимов.

Он вспоминал, что большинство людей погибло сразу. “Началась дизентерия – мы пили грязную воду из арыков и луж. Пять лет я болел малярией, потом тиф, желтуха, пережил очень много болезней. Делали уколы как будто от малярии, но после этих уколов все умирали. Только благодаря Всевышнему я остался жив. Люди голодали, условия были ужасные. Многие умирали со словом “Ватан” (Родина) на устах”.

“Могли убить из-за двух абрикосов”

Мусфире с родными направили на рудник Лянгар Хатырчинского района, где добывали вольфрам. В рабочем поселке в основном жили русские, узбеков почти не было.

“Нас привезли не в сам поселок, а на два километра ниже, где были расположены бараки. Их было 10-12, и они представляли собой крытые камышом землянки. Спускаешься по нескольким ступенькам вниз: длиннющий коридор, по сторонам двухъярусные нары.

Помню, что людей было очень много. Так как это была горная местность, то жары не чувствовали. В бараках началась эпидемия брюшного тифа и дизентерии. Первыми заболели тифом сестра Назмие, Велид и я.

Это было в октябре 1944 года, нас увезли в больницу”, – вспоминала Мусфире.

Когда через три недели их выписали, заболели мама и сестра. Их также забрали в больницу, через неделю мама умерла. Сестра провела без сознания 20 дней, но молодой организм выдержал.

В первые месяцы отношение к крымским татарам в Узбекистане было ужасным: их считали предателями, врагами, из-за двух абрикосов могли убить, крымскотатарских детей оскорбляли и унижали одноклассники в школе. Только после возвращения с фронта мужчин положение несколько изменилось к лучшему.

Рефат Муслимов, 1952 год. Фото из семейного архива

В 1953 году у Рефата Муслимова тяжело заболела мама, ей срочно требовалась операция, которую могли сделать в областной больнице в Самарканде. Для крымских татар действовал комендантский режим – каждый месяц они отмечались в комендатуре; отлучиться даже в соседний район можно было только с разрешения коменданта.

У Рефата произошел конфликт с комендантом Аминовым: он выдал пропуск на эту поездку только матери и слушать не хотел, что она сама не доберется.

Рефату ничего не оставалось, как сопровождать ее без согласия коменданта. По возвращении юноша узнал, что его собираются арестовать.

От тюрьмы спас разговор с председателем райисполкома, который оправдал поступок сына, чья вина заключалась лишь в заботе о матери.

Образование

Жизнь была очень тяжелой. Но Рефат все же смог закончить ирригационный техникум. По ночам приходилось разгружать вагоны, чтобы хоть что-то заработать.

Мусфире Керимова также рано начала работать: в 16 лет она пошла трудиться на шахту рабочей в маркшейдерском бюро. Училась в вечерней школе, закончила 10 классов.

Ее отца-коммуниста в Узбекистане не раз вызывали в партком для восстановления в рядах КПСС, но он туда не ходил, отказался от партбилета. После Указа 1956 года о снятии с крымских татар статуса спецпереселенцев был отменен комендантский режим.

Мусфире переехала в Янгиюль, позже поступила в Ташкентский медицинский техникум, затем работала в Каттакургане в больнице.

В 1962 году Мусфире познакомилась и вскоре вышла замуж за Рефата Муслимова. В это время он уже был активным участником национального движения крымскотатарского народа за возвращение в Крым и восстановление государственности.

Рефат и Мусфире Муслимовы, 1964 год. Фото из семейного архива

Возвращение на родину

После Указа от 5 сентября 1967 года “О гражданах татарской национальности, проживавших в Крыму”, как и многие крымские татары, Муслимовы хотели вернуться на родину. Тогда это было фактически невозможно – крымских татар по-прежнему не прописывали в Крыму. Но Муслимовы твердо решили, что будут жить только на родине.

В 1969 году они купили маленький домик в селе Калиновка Ленинского района, а через полгода дом у них отобрали. Семья перебралась в соседнее село. Но и там их не прописали. Так продолжалось пять лет – а без прописки на работу устроиться было невозможно. Перебивались случайными заработками, но даже мысли не было уехать из Крыма.

Семья Муслимовых, 1975 год. Фото из семейного архива

​Только в 1992 году они, наконец, построили дом в Къозе – родном селе Рефата. Он добился в сельсовете возвращения прежнего кладбища и выделения одного гектара земли под строительство храма. Ныне поселок украшает красивая величественная мечеть.

На этом Рефат Муслимов не остановился.

При Къозской мечети он создал музей родной деревни: здесь есть вышивки, посуда, фотографии 1930-1940 годов о къозцах, родном селе, фотографии участников войны, национального движения, картины о депортации.

На территории, прилегающей к мечети, Рефат посадил около ста плодовых деревьев, несколько десятков кустов роз, винограда, с помощью спонсоров провел воду, соорудил фонтан.

Супруги Муслимовы воспитали двух детей – Эдие и Рустема. Несколько лет назад Рустем трагически погиб на производстве – и это стало тяжелейшим ударом для всей семьи.

Рефат Муслимов умер 30 декабря 2014 года. Мусфире Муслимова по-прежнему живет в их доме. 2 мая ей исполнилось 86 лет. Несмотря на трудную жизнь, она радуется каждому новому дню: “Я благодарна Всевышнему Аллаху за то, что живу на родине, воспитываю детей и внучек”.

Рефат и Мусфире Муслимовы. 2003 год. Фото из семейного архива

Полностью историю депортации Муслимовых, а также весь проект “Страницы крымской истории” читайте на сайте Крым.Реалий

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.